— А машину ты туда как загонять будешь? — Полина обвела рукой четыре квадратных метра балкона. — Или ты детей Лингом решил заниматься только в теории?
Денис не смутился.
— Ну, я пока не решил. Может, это будет что-то другое. Например, ремонт мелкой техники. Или дроны собирать.
— Дроны?
— А что? Сейчас это перспективно.
Полина промолчала. Она уже поняла, что спорить с Денисом в такие моменты бесполезно. Он умел говорить о будущем так убедительно, что на секунду даже ей начинало казаться, будто он действительно вот-вот найдёт себя.
Оксана, стоявшая в дверях, деликатно кашлянула.
— Полин, может, мы сначала с тобой посидим, обсудим ремонт? Денис потом подключится.
— А я уже подключён, — отозвался Денис, усаживаясь в кресло, которое приехало раньше него самого. Оно жалобно скрипнуло. — Я вообще-то тоже буду здесь жить.
Оксана посмотрела на дочь. Полина едва заметно кивнула — мол, не сейчас.
Когда они вышли на лестничную клетку, Оксана тихо спросила:
— Он правда переехал?
— Ну, получается, да. Вещи привёз, — Полина пожала плечами. — Я думала, он после ремонта. А он взял и перевёзся.
— А ты не возражала?
— Мам, ну а что я скажу? «Денис, подожди, пока бабушка ещё три месяца ремонт оплатит»? Это как-то…
— Как-то честно, — закончила Оксана.
Полина вздохнула.
— Он не в тягость. Правда. Он поможет. Он обещал.
Оксана промолчала. Она слишком хорошо помнила, сколько раз Денис «обещал».
*** Ремонт начался через неделю. ***
Полина взяла две недели отпуска, чтобы контролировать бригаду. Денис обещал взять на себя закупку материалов — «я же мужчина, я разберусь, где дешевле».
В первый день он проспал. Полина позвонила ему в десять утра, когда строители уже стояли под дверью.
— Денис, ты где?
— Я тут. Я сейчас. Я просто… у меня телефон упал.
Он приехал через час с кофе и круассаном. Без материалов.
— Я думал, мы сначала вместе всё выберем, — объяснил он. — Чтобы не ошибиться.
Выбирали вместе. Точнее, выбирала Полина, а Денис говорил:
— Ну, можно и так. А вот если бы мы взяли вон тот, то было бы дешевле, но этот красивее. Тебе же нравится?
Плитку в санузел он предложил сделать «в стиле лофт», хотя Полина хотела светлую. Обои в комнате — «под кирпич». Полина сказала, что это будет выглядеть как подвал. Денис обиделся.
— Я просто хочу, чтобы было стильно.
— Стильно — это когда мне нравится.
— А мне?
— Денис, квартира моя.
Он замолчал. Потом сказал:
— Ну да. Твоя.
И ушёл курить на балкон. Балкон, который он собирался превратить в мастерскую, был ещё без остекления — там гулял ветер и летала строительная пыль. Денис стоял в куртке, смотрел на двор и думал о чём-то своём.
Полина в это время выбирала смесители. Она уже поняла, что ремонт — это не совместное творчество, а её личный квест. Денис был рядом, но как будто в другом измерении.
*** Через две недели приехала Инна Борисовна. ***
Она пришла без предупреждения, с сумкой продуктов — «я тут мимо шла, думаю, дай занесу, вы же голодные».
Голодными они не были. Полина заказала пиццу, строители уже ушли, Денис лежал на диване в наушниках. Диван был старый, привезённый всё из той же комнаты Дениса — «пока новый не купим, этот постоит».
Инна Борисовна обошла квартиру, цокая языком.
— Ой, а вот тут вы зря стенку не сдвинули. Я же говорила. Сейчас бы кухня была больше.
— Мне и так нормально, — сказала Полина.
— Ну как нормально. Тут же тесно. А если гости придут?
— Немного гостей.
— Ну, гости — это святое. Вот придём мы с папой на новоселье — куда сядем?
Полина представила новоселье, на котором Инна Борисовна командует парадом, и ей стало нехорошо.
Денис вышел из комнаты, поцеловал мать в щёку.
— Мам, ну ты чего без звонка?
— А что, я уже и зайти не могу? — Инна Борисовна всплеснула руками. — Я же не чужая. Я, можно сказать, почти хозяйка здесь.
Полина замерла.
— В смысле?
— Ну как — в смысле? Денис тут живёт. Значит, и я тут своя. — Она улыбнулась. — Полиночка, ты не подумай, я не претендую. Я просто помогаю. Вот, принесла котлеты. Вы же ничего не едите.
Котлеты она положила в новый холодильник, который Полина купила на свои деньги. Холодильник был пустой, потому что Полина ещё не успела закупиться. Теперь там стоял контейнер с котлетами Инны Борисовны.
— Спасибо, — сказала Полина.
— Да не за что, милая. — Инна Борисовна огляделась. — А где вы люстру повесите?
— Пока не решили.
— А я бы вот сюда повесила. Чтобы свет на диван падал. Денис, ты же любишь читать на диване.
Денис кивнул.
— Ну вот. Значит, так и сделаем.
Полина поняла, что «сделаем» — это ещё одно слово, которое ей не нравится.
*** Яна появилась в квартире через месяц. ***
Яна была младшей сестрой Оксаны. Она была на семь лет младше, работала в банке, разбиралась в людях и не боялась говорить то, что думала. Полина её обожала — и немного побаивалась.
Яна приехала с бутылкой вина и коробкой конфет.
— Ну, показывайте, что вы тут наваяли.
Она прошлась по квартире, оценила плитку, покивала, потом остановилась у балкона.
— А это что?
— Балкон.
— Я вижу, что балкон. Почему он весь в банках из-под краски и какого-то хлама?
— Это Дениса.
— А Денис где?
— На доставке. Подрабатывает сегодня.
— Сегодня? — Яна прищурилась. — А вчера он где был?
— Вчера… тоже на доставке.
— А позавчера?
Полина замялась.
— Он ищет себя.
— Ага. А ты, значит, ищешь деньги на ремонт. — Яна села на подоконник. — Полин, скажи мне честно. Он вкладывается?
— В смысле?
— В ремонт. Деньгами. Он дал хоть копейку?
Полина посмотрела в сторону.
— Он помогает физически.
— Физически — это как? Гвоздь забил?
— Ну… он консультирует.
Яна расхохоталась.
— Консультирует! Господи, Полина. Он консультирует, а ты платишь.
— Ян, ну он же не виноват, что у него сейчас сложный период.
— А у тебя, значит, простой? Ты двадцать четыре года, ты одна взяла на себя ремонт, ты работаешь, ты платишь за всё, а он «консультирует». — Яна покачала головой. — А мама твоя что говорит?
— Мама старается не вмешиваться.
— Ну ещё бы. Она же тебя любит и не хочет ссориться. А я вот не боюсь. Полин, это нездорово.
— Я знаю, — тихо сказала Полина. — Но я его люблю.
— Любишь — это когда вы вместе. А когда ты тянешь его на себе — это не любовь, это благотворительность.
Полина не ответила. Она и сама уже начинала это понимать, но признаться было страшно.
*** В тот же вечер пришла Инна Борисовна. ***
Она пришла с папками — да, с папками. В папках были распечатки из интернета: «Как правильно оформить дарственную», «Совместная собственность супругов: права и обязанности», «Ипотека для молодой семьи: условия».
— Полиночка, — начала она ласково, — я тут подумала. Вы с Денисом собираетесь жениться. А квартира — она ведь на тебе. Это немного… несправедливо.
Полина опешила.
— Что несправедливо?
— Ну, Денис тоже будет тут жить. Он будет вкладываться. А юридически он никто. Понимаешь? Мало ли что. Я не говорю, что вы разведётесь. Но жизнь — сложная штука. Может, лучше сразу оформить на двоих? Или, например, брачный договор, где прописать, что квартира — общая.
— Квартиру покупала моя бабушка, — сказала Полина. — Для меня. Не для нас. Для меня.
— Ну, бабушка — она же за вас рада. Она же не против, чтобы Денис тоже жил.
— Она против, чтобы я отдавала половину квартиры человеку, который в неё не вложился.
Инна Борисовна поджала губы.
— Полина, это звучит обидно. Денис — не чужой человек.
— Пока не чужой.
— Вот именно! Пока. А потом станет мужем. И что тогда?
— Тогда мы это обсудим. Вместе. С юристом. И с бабушкой. Потому что квартира — её подарок мне. И я не собираюсь распоряжаться им так, как ей бы не понравилось.
Инна Борисовна встала.
— Я вижу, ты меня не слышишь. Ладно. Я поговорю с Денисом.
— Поговорите, — согласилась Полина. — Только учтите: если он придёт и скажет, что хочет половину квартиры, я скажу ему то же самое, что и вам.
Инна Борисовна ушла, хлопнув дверью.
Полина села на пол в коридоре и просидела так минут десять. Потом позвонила Яне.
— Ты была права.
— Конечно, была, — сказала Яна. — А что случилось?
Полина рассказала.
— Слушай, — сказала Яна, — а давай я приеду? Я хочу посмотреть на эту женщину. И на Дениса. Мне кажется, пора поговорить серьёзно.
— Ян, не надо.
— Надо, Полин. Надо.
*** Развязка наступила в субботу. ***
В субботу Полина планировала поехать с Денисом в магазин за диваном. Она отложила деньги, нашла хорошую модель, договорилась о доставке.
Денис в очередной раз проспал. Полина ждала его в машине у подъезда. Через полчаса позвонила.
— Я сейчас, — сказал он сонным голосом. — Только кофе выпью.
Полина вздохнула и пошла к нему. Она открыла дверь своим ключом — Денис и не думал запираться.
На кухне сидели Денис, Инна Борисовна и незнакомый мужчина в очках.
— О, Полина, — обрадовался Денис. — Это юрист. Мама привела. Мы тут обсуждаем, как лучше оформить квартиру.
Полина остановилась.
— Что?
— Ну, чтобы всё по-честному, — сказала Инна Борисовна. — Чтобы Денис тоже имел права.
— Я же тебе сказала, — Полина посмотрела на неё. — Квартира — моя. Бабушка подарила её мне. Одной.
— Полиночка, ну ты же выйдешь замуж. Значит, всё общее.
— Это не так работает. И вы это прекрасно знаете.
Юрист что-то пробормотал про «согласие сторон» и «брачный договор», но Инна Борисовна его перебила:
— Полина, ну будь ты разумной. Денис — твой будущий муж. Он же не претендует на что-то лишнее. Просто чтобы всё было по справедливости.
— По справедливости? — Полина обвела взглядом кухню. — По справедливости, Денис живёт здесь месяц, ни копейки не вложил, не работает нормально, я оплачиваю ремонт, а вы теперь хотите, чтобы я ещё и квартиру на него переписала?
— Полина! — Денис встал. — Не говори так. Я же не просто так. Я ищу себя.
— Сколько можно искать? — Полина уже не сдерживалась. — Тебе двадцать восемь лет. Ты нашёл себе женщину, которая всё тянет. Тебе не нужно искать. Тебе и так хорошо.
В этот момент в дверь позвонили.
Полина открыла. На пороге стояла Яна с пакетом. За ней — Оксана.
— Мы мимо проезжали, — сказала Яна, заходя внутрь. — О, а тут уже целый военный совет.
Инна Борисовна подобралась.
— Яна, это семейное дело.
— Вот именно, — сказала Яна, ставя пакет на стол. — Семейное. Полина — моя племянница. Денис — её жених. А вы, Инна Борисовна, тут, простите, вообще при чём?
— Я мать Дениса!
— И что? — Яна скрестила руки. — Причём тут ваш сын? Бабушка покупала квартиру внучке, а не вашему великовозрастному нахлебнику. И не вам.
Инна Борисовна побагровела.
— Как вы смеете!
— Смею. Потому что смотрю на это уже месяц и молчу. Полина! — Яна повернулась к племяннице. — Ты чего молчишь? Скажи уже что-нибудь.
Полина сделала шаг вперёд. Она посмотрела на Дениса, потом на его мать, потом на юриста, который уже собирал папки.
— Я скажу, — тихо начала она. — Квартира — моя. Я её не отдам. Ни половину, ни часть, ни даже миллиметр. Если Денис хочет жить здесь, он будет вкладываться — деньгами, работой, чем угодно. Но не так, как сейчас. Я не буду содержать взрослого мужчину, который «ищет себя» на моей шее.
Денис смотрел на неё с обидой.
— То есть ты меня выгоняешь?
— Я тебя не выгоняю. Я тебе говорю: либо ты меняешь своё поведение, либо меняешь адрес.
Инна Борисовна всплеснула руками.
— Вот она, благодарность! Денис, пойдём. Мы найдём тебе нормальную квартиру. Без таких вот…
— Без каких? — перебила Оксана. — Без тех, кто не хочет вас содержать? Так это любая квартира. Везде нужно платить, Инна Борисовна. Везде нужно работать. Или вы думали, что Полина — это благотворительный фонд?
Инна Борисовна онемела.
Денис молча одевался. Он не смотрел на Полину. Когда он уже стоял в дверях, Полина сказала:
— Денис. Кресло забери.
Он вздрогнул.
— Какое кресло?
— Своё. Семейную реликвию. Я не хочу, чтобы оно стояло в моей квартире.
Он вышел. Инна Борисовна вышла за ним, бросив на прощание что-то про «неблагодарных».
Юрист вышел последним, извинившись.
В квартире стало тихо.
Полина села на пол.
— Всё, — сказала она. — Я справилась.
Яна села рядом.
— Справилась.
Оксана присела на корточки и обняла дочь.
— Я горжусь тобой.
Полина заплакала. Но это были слёзы облегчения.
*** Прошло два месяца. ***
Ремонт закончился. Полина повесила люстру туда, куда хотела она. Купила светлый диван. Шкаф поставила у стены. На балконе теперь стояли цветы — не банки с краской.
Денис сначала писал ей сообщения. Потом перестал. Потом, по слухам, снова переехал к матери.
Инна Борисовна иногда звонила Оксане и говорила, что «Полина разрушила жизнь Денису». Оксана отвечала: «Он сам её строит. Точнее, не строит. Но это уже не наша проблема».
Бабушка, Людмила Сергеевна, приехала на новоселье. Она обошла квартиру, потрогала стены, посмотрела на люстру.
— Хорошо, — сказала она. — Ты молодец. Не позволила себя обмануть.
— Я чуть не позволила, — призналась Полина.
— Но не позволила же. — Бабушка улыбнулась. — А это главное.
На новоселье были только свои: Оксана, Яна, бабушка и пара подруг Полины. Дениса не было. И, как ни странно, Полина не жалела.
Она стояла на балконе, смотрела на вечерний город и думала о том, что квартира — это не просто стены. Это её жизнь. И она не собирается отдавать её кому попало.
— О чём задумалась? — спросила Яна, выходя на балкон с бокалом.
— О том, что ты была права.
— Я всегда права.
Полина рассмеялась.
— Ну да. Почти всегда.
Они чокнулись.
— За тебя, — сказала Яна. — И за твою квартиру.
— И за бабушку, — добавила Полина. — Которая покупала её мне, а не чьему-то великовозрастному нахлебнику.
Яна фыркнула.
— Вот именно.
Они стояли на балконе и смотрели на город. И Полина впервые за долгое время чувствовала, что всё идёт правильно. Она была дома. В своём доме. И это было самое главное.
*** Конец ***