Я прочитала первую строку отчёта, и кровь отхлынула от лица.
«Сосед, мистер Гарольд Беннет, 68 лет, пенсионер, проживает напротив дома №14 по улице Кленовой, сообщил, что вечером 12 сентября около 22:40 услышал громкие голоса, доносившиеся со стороны заднего двора дома Андрея Митчелла».
Вторая строка: «Свидетель утверждает, что слышал, как несовершеннолетняя Майя Митчелл кричала: “Я всё видела! Я знаю, что вы там держите!” После этого раздался звук, похожий на удар, и крики прекратились».
Третья строка: «Через пятнадцать минут свидетель увидел, как Андрей Митчелл вывел несовершеннолетнюю на переднее крыльцо и запер дверь. Девочка была в одной футболке, без обуви. На улице шёл дождь. Температура воздуха составляла +3°C».
Четвёртая строка: «Свидетель немедленно позвонил в экстренную службу. Прибывший наряд полиции опросил Андрея Митчелла, который заявил, что его дочь “устроила истерику и отказалась успокоиться”. Полицейские не обнаружили признаков правонарушения и покинули место происшествия. Несовершеннолетняя оставалась на крыльце до прибытия матери».
Пятая строка, самая страшная: «Свидетель также сообщил, что за неделю до инцидента видел, как Андрей Митчелл и его жена Наталья переносили в подвал дома несколько больших пластиковых контейнеров. Контейнеры были плотно закрыты, и от них исходил резкий химический запах».
Я отложила отчёт. Руки тряслись.
— Где Майя сейчас? — спросила я адвоката, хотя уже знала ответ.
— В безопасности. В больнице, под охраной. Я распорядился.
Я кивнула. Но в голове уже выстраивалась цепочка.
Майя что-то увидела. Что-то, что напугало Андрея настолько, что он решил изолировать её от мира. Что-то, из-за чего он требовал уничтожить её записи.
Я взяла телефон и набрала номер, который не использовала годами.
— Генерал Митчелл? — голос на другом конце провода был удивлённым. — Я думал, вы на пенсии.
— Я и есть на пенсии, Джек. Но мне нужна услуга.
— Всё, что угодно.
— Мне нужен доступ к базе данных правоохранительных органов по адресу: улица Кленовая, дом 14. Все вызовы за последние два года. Все жалобы. Всё.
Пауза.
— Сара, это не совсем законно.
— Я знаю. Но моя дочь почти умерла на крыльце этого дома. И я хочу знать почему.
Ещё одна пауза.
— Дай мне час.
Я положила трубку и посмотрела в окно. Небо над больницей было серым, тяжёлым. Ледяной дождь превратился в мелкий снег.
Через час Джек перезвонил.
— Сара, у меня есть информация. Но ты должна выслушать меня спокойно.
— Говори.
— За последние два года по адресу Кленовая, 14 было зарегистрировано семь вызовов. Четыре из них — от соседей. Три — от самой Натальи Митчелл.
— Наталья вызывала полицию?
— Да. Дважды по поводу “шума” и один раз — по поводу “подозрительного запаха из подвала”.
Я замерла.
— Что было в подвале?
— Полиция приезжала, но Андрей Митчелл не пустил их внутрь. Сказал, что это частная собственность, и у них нет ордера. Они составили протокол и уехали.
— А что насчёт соседей?
— Первый вызов был от мистера Беннета — тот самый, о котором ты говорила. Второй — от женщины с той же улицы, которая жаловалась на “постоянные крики ребёнка”. Третий и четвёртый — анонимные.
Я сжала телефон.
— Джек, мне нужно, чтобы ты сделал ещё одну вещь.
— Какую?
— Проверь Андрея Митчелла. Всё, что есть. Финансы, связи, прошлое. Особенно всё, что связано с химикатами.
— Химикатами?
— В подвале были контейнеры с резким химическим запахом. Я хочу знать, что там.
Джек помолчал.
— Сара, ты уверена, что хочешь копать так глубоко?
— Я генерал-майор армии США в отставке. Я командовала тысячами людей в зонах боевых действий. Я видела вещи, которые тебе не снятся в кошмарах. Но то, что я чувствую сейчас… — я замолчала, подбирая слова. — Это другое. Это моя дочь.
— Понял. Дам знать, как что-то будет.
Я положила трубку и поехала в больницу.
—
Майя лежала на кровати, укрытая двумя одеялами. Она всё ещё была бледной, но глаза уже блестели — признак того, что она возвращается к жизни.
— Мам, — прошептала она, увидев меня.
Я села рядом и взяла её за руку.
— Я здесь, солнышко. Я никуда не уйду.
— Он звонил?
— Нет.
Облегчение на её лице снова кольнуло меня в сердце.
— Майя, — начала я осторожно, — мне нужно, чтобы ты кое-что мне рассказала. Это очень важно.
Она напряглась.
— О том, что ты видела в доме папы.
Её пальцы вцепились в мою руку.
— Я не хочу… — прошептала она. — Он сказал, что если я кому-то расскажу, то он…
— Что он сказал?
Майя замолчала. Слёзы покатились по её щекам.
— Он сказал, что если я расскажу, то он сделает так, что ты больше никогда меня не увидишь. Что тебя уволят с работы. Что тебя посадят в тюрьму. Что ты… что ты плохая.
Я почувствовала, как внутри всё сжалось.
— Майя, посмотри на меня.
Она подняла глаза.
— Я генерал-майор армии Соединённых Штатов. Я командовала тысячами солдат. Я работала в зонах боевых действий. Я видела людей, которые пытались меня запугать. И знаешь, что с ними случилось?
Она покачала головой.
— Они проиграли. Все до единого.
Майя слабо улыбнулась.
— Твой отец не может ничего мне сделать. Он не может тебя у меня забрать. Он не может меня уволить. Он не может меня посадить. Всё, что он может — это блефовать. И я хочу, чтобы ты мне рассказала всё, что знаешь. Потому что я собираюсь положить этому конец. Раз и навсегда.
Майя глубоко вздохнула. Потом заговорила.
— Я увидела это случайно. Наталья попросила меня принести коробку из подвала. Она сказала, что там старые вещи. Но когда я спустилась… там было не старое.
— Что там было?
— Контейнеры. Много. Они были зелёные, большие. И от них пахло… как в кабинете химии. Резко.
— Ты открывала их?
— Нет. Но один был приоткрыт. Я заглянула.
Она замолчала.
— Что ты увидела?
— Деньги.
Я нахмурилась.
— Деньги?
— Не просто деньги. Там были… упаковки. Как в банке. Много. И ещё какие-то бумаги. Я не успела рассмотреть. Потому что Наталья спустилась и закричала на меня.
— Что она сказала?
— Она сказала, чтобы я убиралась наверх. А потом… потом я услышала, как она говорит с папой. Они ругались. Он сказал: “Она видела”. И она сказала: “Тогда сделай что-нибудь”.
Я почувствовала, как внутри всё похолодело.
— А потом?
— А потом папа пришёл ко мне. Он был… страшный. Он сказал, что я должна забыть всё, что видела. Что если я кому-то расскажу, то он сделает так, что меня отправят в интернат. Далеко. Где меня никто не найдёт.
— И ты рассказала кому-нибудь?
— Я пыталась позвонить тебе. Но он забрал мой телефон. А потом… потом они начали… наказывать меня. За всё. За любую мелочь. За то, что я не так посмотрела. За то, что не так сказала. За то, что закатила глаза.
Она снова заплакала.
— Я думала, что если буду терпеть, то смогу дождаться тебя. Но они не пускали меня домой. Оставляли на улице. И я… я не знала, что делать.
Я обняла её. Крепко.
— Всё закончилось, — прошептала я. — Я здесь. Я никому тебя не отдам.
—
К вечеру позвонил Джек.
— Сара, у меня есть информация. И она… нехорошая.
— Говори.
— Андрей Митчелл. Официально — владелец небольшой строительной компании. Неофициально — у него есть связи с людьми, которые занимаются… не совсем законными вещами.
— Какими?
— Контрабанда. Деньги, которые он хранит в подвале, — это не его деньги. Это деньги людей, которые используют его дом как перевалочный пункт.
— Что за люди?
— Я пока не знаю. Но у него есть партнёр. Женщина по имени Ирина Волкова. Она…
Он замолчал.
— Что?
— Она числится в базе Интерпола. Подозревается в отмывании денег и торговле людьми.
Я сжала телефон.
— Торговле людьми?
— Да. Но это ещё не всё.
— Что ещё?
— Твой бывший муж не просто хранил деньги. Он помогал им. Перевозил людей через границу. Использовал свою строительную компанию как прикрытие.
— И Майя увидела это?
— Она увидела деньги. И, возможно, документы. Которые могут связать Андрея с этой организацией.
Я закрыла глаза.
— Джек, мне нужно, чтобы ты передал всё это в ФБР. Официально.
— Сара, это может быть опасно. Если они узнают, что ты копаешь…
— Я знаю. Но я не могу позволить им продолжать. И я не могу позволить Андрею избежать ответственности.
— Хорошо. Я передам. Но будь осторожна.
Я положила трубку и посмотрела на Майю. Она спала. Тихо, спокойно. Впервые за долгое время.
Я поклялась, что сделаю всё, чтобы защитить её. Что бы это ни стоило.
—
На следующее утро я приехала в дом Андрея вместе с двумя полицейскими и представителем ФБР.
Андрей открыл дверь. Увидев меня, он побледнел.
— Сара? Что происходит?
— Андрей Митчелл, — сказал агент ФБР, — у нас есть ордер на обыск вашего дома и подвала.
— На каком основании?
— На основании показаний свидетелей и материалов дела о возможной причастности к контрабанде и торговле людьми.
Наталья появилась за его спиной. Её лицо исказилось.
— Это она! — закричала она, указывая на меня. — Она хочет нас уничтожить!
— Мэм, пожалуйста, отойдите.
— Она лжёт! Всё, что она говорит — ложь!
Я посмотрела на неё.
— Моя дочь почти умерла на вашем крыльце. Я не лгу.
Полицейские вошли в дом. Андрей попытался их остановить, но его отстранили.
Через двадцать минут из подвала вынесли контейнеры. Внутри были деньги — миллионы. И документы. Много документов.
Агент ФБР подошёл ко мне.
— Генерал Митчелл, вы были правы. Здесь достаточно доказательств, чтобы предъявить обвинения по нескольким статьям.
— Каким?
— Контрабанда. Отмывание денег. Незаконное лишение свободы несовершеннолетней. И, возможно, соучастие в торговле людьми.
Я кивнула.
Андрей смотрел на меня. В его глазах была ненависть.
— Ты пожалеешь об этом, — прошипел он.
— Нет, — сказала я. — Это ты пожалеешь.
—
Прошло три месяца.
Андрей и Наталья были арестованы. Им предъявили обвинения по нескольким статьям. Суд должен был состояться через месяц.
Майя постепенно приходила в себя. Она снова начала улыбаться. Снова начала смеяться.
Однажды вечером мы сидели на кухне. Она пила чай, я — кофе.
— Мам, — сказала она вдруг.
— Что, солнышко?
— Спасибо.
— За что?
— За то, что ты меня спасла.
Я улыбнулась.
— Я всегда тебя спасу. Что бы ни случилось.
Она помолчала.
— Мам, а ты правда генерал?
— Правда.
— А почему ты никогда не говорила?
— Потому что для тебя я хотела быть просто мамой.
Она улыбнулась.
— Ты и есть просто мама. Но ещё и генерал. Это круто.
Я рассмеялась.
— Да, наверное.
Она взяла меня за руку.
— Я люблю тебя, мам.
— Я тоже тебя люблю, солнышко.
Мы сидели молча. За окном шёл снег. Тихий, спокойный.
Впервые за долгое время всё было хорошо.
—
Но через неделю всё изменилось.
Я получила звонок от Джека.
— Сара, у нас проблема.
— Какая?
— Ирина Волкова. Помнишь её?
— Да.
— Она исчезла. И перед тем, как исчезнуть, она оставила сообщение.
— Какое?
— Она сказала, что если Андрей сядет, то она позаботится о том, чтобы ты и твоя дочь пожалели об этом.
Я замерла.
— Это угроза?
— Да. И, судя по тому, что я знаю об Ирине, она не бросает слов на ветер.
— Что нам делать?
— Я уже связался с ФБР. Они предоставят вам защиту.
— Майя…
— Я знаю. Но пока мы не найдём Ирину, вы обе в опасности.
Я положила трубку и посмотрела на Майю. Она играла в своей комнате. Смеялась.
Я поклялась, что защищу её. Что бы это ни стоило.
И я знала, что мне придётся снова стать генералом. Не мамой. Не женщиной, которая работает в армии.
Генералом, который командует тысячами людей.
Потому что Ирина Волкова не знала, с кем она связалась.
Но она узнает.
Очень скоро.
—
Прошло две недели.
Мы с Майей переехали в безопасное место. Квартира в другом городе, под охраной ФБР.
Майя не жаловалась. Она понимала, что происходит. Она была сильной. Сильнее, чем я думала.
Однажды вечером я сидела у окна и смотрела на улицу. Снег шёл уже третий день.
Телефон зазвонил.
— Сара, — голос Джека был напряжённым.
— Что случилось?
— Мы нашли Ирину.
— Где?
— Она мертва.
Я замерла.
— Что?
— Её тело нашли в заброшенном складе на окраине города. Похоже, её убили.
— Кто?
— Мы не знаем. Но есть одна деталь.
— Какая?
— На её теле нашли записку. С одним словом.
— Каким?
Пауза.
— «Прости».
Я закрыла глаза.
— Джек, что это значит?
— Я не знаю. Но мне это не нравится.
Я положила трубку и посмотрела на Майю. Она спала. Тихо, спокойно.
Я поклялась, что защищу её. Что бы это ни стоило.
Но я не знала, что ждёт нас впереди.
И я не знала, что «Прости» — это только начало.
—
На следующее утро я получила письмо.
Без обратного адреса. Без марки. Просто конверт, который кто-то подсунул под дверь.
Внутри был лист бумаги. На нём — одно предложение.
«Ты думаешь, что победила. Но ты ошибаешься».
Я сжала лист в руке.
Майя вышла из комнаты.
— Мам, что это?
— Ничего, солнышко. Иди завтракать.
Она посмотрела на меня. Нахмурилась.
— Мам, ты врёшь.
Я вздохнула.
— Да. Вру.
— Что случилось?
— Кто-то хочет нас напугать.
— Кто?
— Я не знаю. Но я выясню.
Она подошла ко мне. Обняла.
— Мам, я не боюсь. Потому что ты со мной.
Я обняла её в ответ.
— Я всегда буду с тобой.
Но внутри я чувствовала холод.
Потому что я знала: это только начало.
И самое страшное ещё впереди.
—
Прошёл месяц.
Расследование продолжалось. ФБР искало связи Ирины Волковой. Её прошлое. Её партнёров.
Я помогала. Использовала свои контакты. Свои знания. Свой опыт.
Майя ходила в новую школу. Она постепенно адаптировалась. Находила друзей. Улыбалась.
Но я видела: она всё ещё боялась. Боялась, что прошлое вернётся. Что Андрей снова появится.
Я не могла её винить. Я боялась того же.
Однажды вечером мне позвонил Джек.
— Сара, у нас есть зацепка.
— Какая?
— Ирина работала не одна. У неё был партнёр. Который до сих пор на свободе.
— Кто?
— Мы не знаем. Но у нас есть имя.
— Какое?
— Виктор.
Я замерла.
— Виктор?
— Да. Мы не знаем фамилию. Но знаем, что он был её правой рукой. И что он может быть опаснее, чем она.
— Что нам делать?
— Мы работаем над этим. Но я хочу, чтобы ты была осторожна.
— Я всегда осторожна.
— Сара, это не шутки. Этот человек… он убивает.
— Я знаю.
Я положила трубку и посмотрела на Майю. Она делала уроки. Тихо, спокойно.
Я поклялась, что защищу её. Что бы это ни стоило.
Но я не знала, что Виктор уже здесь. В этом городе. Прячется в тени.
И он ждёт.
Ждёт момента, когда я расслаблюсь.
Ждёт момента, когда я совершу ошибку.
Ждёт момента, когда он сможет нанести удар.
Но я не собиралась ему этого позволить.
Я была генералом. Я командовала тысячами людей. Я видела войну.
И я не собиралась проигрывать.
—
Прошло ещё две недели.
Никаких новостей о Викторе. Никаких следов. Никаких зацепок.
Я начала думать, что, может быть, угроза миновала. Что, может быть, Виктор ушёл. Исчез.
Но я ошибалась.
Однажды вечером я возвращалась домой. Майя осталась у подруги. Я была одна.
Я подошла к двери. Вставила ключ. Повернула.
И замерла.
Дверь была не заперта.
Я осторожно вошла. Свет был выключен. Тишина.
Слишком тихо.
Я достала телефон. Набрала номер Джека.
— Сара? Что случилось?
— Кто-то был в моей квартире.
— Что?
— Дверь была открыта. Я не знаю, кто это был.
— Уходи оттуда. Немедленно.
— Нет. Я должна проверить.
— Сара…
— Джек, я генерал. Я справлюсь.
Я положила трубку и вошла в квартиру.
Всё было на месте. Ничего не пропало. Ничего не сломано.
Но на столе лежал конверт.
Я открыла его.
Внутри была фотография.
Майя. В школе. Смеётся с друзьями.
На обратной стороне — надпись:
«Красивая девочка. Было бы жаль, если бы с ней что-то случилось».
Я сжала фотографию в руке.
Холод внутри стал ещё сильнее.
Виктор был здесь.
Он видел Майю.
Он угрожал ей.
Я поклялась, что найду его. Что бы это ни стоило.
И я знала, что у меня есть только один шанс.
Один шанс, чтобы спасти свою дочь.
Один шанс, чтобы положить конец этому кошмару.
Я набрала номер.
— Джек, мне нужно, чтобы ты кое-что сделал.
— Что?
— Найди мне всё о Викторе. Всё. Я хочу знать, кто он. Где он. Что он любит. Что он ненавидит. Всё.
— Сара, это может быть опасно.
— Я знаю. Но я не могу ждать. Он угрожает моей дочери.
Пауза.
— Хорошо. Я сделаю.
— Спасибо.
Я положила трубку и посмотрела на фотографию.
Майя. Смеётся. Счастливая.
Я не позволю никому её обидеть.
Никому.
—
Прошло три дня.
Джек позвонил.
— Сара, у меня есть информация.
— Говори.
— Виктор Волков. Брат Ирины.
Я замерла.
— Брат?
— Да. Он был её партнёром. И, судя по всему, он винит тебя в её смерти.
— Но я не убивала её.
— Я знаю. Но он так не думает. Он считает, что ты виновата. Что ты разрушила их бизнес. Что ты убила его сестру.
— Что он планирует?
— Мы не знаем. Но он опасен. Очень опасен.
— Где он?
— Мы не знаем. Но у нас есть зацепка.
— Какая?
— Он был замечен в городе. Недалеко от школы Майи.
Холод внутри стал ещё сильнее.
— Он следит за ней?
— Похоже на то.
— Джек, я должна её защитить.
— Я знаю. Мы отправим дополнительную охрану.
— Нет. Я сама.
— Сара…
— Джек, это моя дочь. Я не доверю её никому.
Пауза.
— Хорошо. Но будь осторожна.
— Я буду.
Я положила трубку и посмотрела на Майю. Она делала уроки. Тихо, спокойно.
Я подошла к ней.
— Майя.
— Да, мам?
— Мне нужно, чтобы ты кое-что сделала.
— Что?
— Пока я не скажу, ты не выходишь из дома. Никуда. Поняла?
Она посмотрела на меня. В её глазах был страх.
— Мам, что случилось?
— Ничего, солнышко. Просто… просто мне нужно, чтобы ты была в безопасности.
— Это из-за папы?
— Нет. Это из-за кого-то другого.
— Кого?
— Человека, который хочет нас напугать.
— Но ты же генерал. Ты можешь его победить.
Я улыбнулась.
— Да. Могу.
Она обняла меня.
— Я люблю тебя, мам.
— Я тоже тебя люблю, солнышко.
Я обняла её в ответ.
Но внутри я чувствовала страх.
Потому что я знала: Виктор не остановится.
Он будет идти до конца.
И я должна быть готова.
—
Прошла неделя.
Никаких новостей. Никаких следов. Никаких зацепок.
Я начала думать, что, может быть, Виктор ушёл. Исчез. Оставил нас в покое.
Но я ошибалась.
Однажды вечером я получила сообщение.
На телефон. С неизвестного номера.
«Я знаю, где ты живёшь. Я знаю, где учится твоя дочь. Я знаю всё. И я приду. Скоро».
Я сжала телефон.
Холод внутри стал ещё сильнее.
Я набрала номер Джека.
— Сара? Что случилось?
— Он написал мне.
— Что?
— Виктор. Он написал мне. Он знает, где мы живём. Он знает, где учится Майя. Он сказал, что придёт.
— Сара, ты должна уехать. Немедленно.
— Нет.
— Сара…
— Джек, я устала бегать. Я устала прятаться. Я генерал. Я не буду прятаться от какого-то бандита.
— Сара, это не просто бандит. Это убийца.
— Я знаю. Но я тоже умею убивать.
Пауза.
— Сара, что ты планируешь?
— Я планирую положить этому конец. Раз и навсегда.
— Как?
— Я найду его. И я остановлю его.
— Сара, это опасно.
— Я знаю. Но я не могу ждать. Он угрожает моей дочери.
— Хорошо. Я помогу тебе.
— Спасибо.
Я положила трубку и посмотрела на Майю. Она спала. Тихо, спокойно.
Я поклялась, что защищу её. Что бы это ни стоило.
И я знала, что у меня есть только один шанс.
Один шанс, чтобы спасти свою дочь.
Один шанс, чтобы положить конец этому кошмару.
Я была готова.
—
Прошло два дня.
Джек позвонил.
— Сара, у меня есть информация.
— Говори.
— Мы нашли его. Виктора.
— Где?
— Заброшенный склад на окраине города. Тот же, где нашли Ирину.
— Он там?
— Да. Но есть проблема.
— Какая?
— Он не один.
— Сколько их?
— Мы не знаем. Но, судя по всему, у него есть люди.
— Сколько?
— Минимум пятеро. Может быть, больше.
Я замерла.
— Джек, мне нужна поддержка.
— Я уже связался с ФБР. Они отправят группу.
— Когда?
— Через час.
— Хорошо. Я буду готова.
Я положила трубку и посмотрела на Майю. Она делала уроки. Тихо, спокойно.
Я подошла к ней.
— Майя.
— Да, мам?
— Мне нужно уехать.
— Куда?
— По делам.
— Мам, что случилось?
— Ничего, солнышко. Просто… просто мне нужно кое-что сделать.
— Это из-за того человека?
— Да.
— Ты его найдёшь?
— Да.
— Ты его остановишь?
— Да.
Она обняла меня.
— Мам, я боюсь.
— Я знаю, солнышко. Но я обещаю: я вернусь. И всё будет хорошо.
— Обещаешь?
— Обещаю.
Я обняла её в ответ.
Потом встала и пошла к двери.
— Мам!
Я обернулась.
— Что, солнышко?
— Будь осторожна.
— Буду.
Я вышла из квартиры.
И направилась к складу.
—
Склад был тёмным. Заброшенным. Тихим.
Я стояла у входа. Ждала.
Джек сказал, что группа ФБР прибудет через час. Но я не могла ждать.
Я вошла внутрь.
Темнота. Тишина.
Я достала пистолет. Проверила. Заряжен.
Я шла медленно. Осторожно. Каждый шаг — как на войне.
Я слышала голоса. Где-то в глубине склада.
Я подошла ближе.
Увидела их. Пятеро мужчин. И один — в центре. Высокий. Темноволосый. С жестоким лицом.
Виктор.
Он смотрел на меня.
— Генерал Митчелл, — сказал он. — Я ждал вас.
— Ты знаешь, кто я.
— Конечно. Вы — женщина, которая убила мою сестру.
— Я не убивала её.
— Вы разрушили её жизнь. Вы разрушили наш бизнес. Вы виноваты.
— Она сама выбрала этот путь.
— Она выбрала деньги. Вы выбрали месть.
— Я выбрала справедливость.
— Справедливость? — он рассмеялся. — Вы называете это справедливостью?
— Я называю это защитой своей дочери.
— Ваша дочь… — он улыбнулся. — Красивая девочка. Было бы жаль, если бы с ней что-то случилось.
— Не смей её трогать.
— Или что?
— Или я тебя уничтожу.
Он рассмеялся.
— Вы? Одна? Против нас пятерых?
— Я генерал армии США. Я командовала тысячами людей. Я видела войну. Вы — ничто по сравнению с тем, что я видела.
— Слова. Пустые слова.
— Проверь.
Он посмотрел на меня. В его глазах была ненависть.
— Убейте её.
Пятеро мужчин двинулись ко мне.
Я подняла пистолет.
Первый выстрел. Один упал.
Второй выстрел. Второй упал.
Третий выстрел. Третий упал.
Остальные остановились.
— Кто следующий? — спросила я.
Они переглянулись.
— Она сумасшедшая, — прошептал один.
— Нет, — сказала я. — Я генерал.
Виктор смотрел на меня. В его глазах был страх.
— Вы… вы не можете…
— Могу.
Я подошла к нему. Медленно. Уверенно.
— Ты угрожал моей дочери. Ты следил за ней. Ты хотел её напугать.
— Я… я…
— Ты проиграл.
Я подняла пистолет.
— Прощай, Виктор.
Выстрел.
Он упал.
Я стояла над ним. Смотрела.
Потом услышала сирены.
ФБР.
Я опустила пистолет.
Всё было кончено.
—
Прошёл месяц.
Виктор был мёртв. Его люди арестованы. Андрей и Наталья ждали суда.
Майя снова улыбалась. Снова смеялась. Снова жила.
Однажды вечером мы сидели на кухне. Она пила чай, я — кофе.
— Мам.
— Что, солнышко?
— Ты его остановила?
— Да.
— Он больше не вернётся?
— Нет.
— Обещаешь?
— Обещаю.
Она улыбнулась.
— Мам, ты самая лучшая.
— Я знаю, — я улыбнулась в ответ.
Она обняла меня.
— Я люблю тебя, мам.
— Я тоже тебя люблю, солнышко.
Мы сидели молча. За окном шёл снег. Тихий, спокойный.
Впервые за долгое время всё было хорошо.
И я знала, что теперь всё будет хорошо.
Потому что я — генерал.
И я защищу свою дочь.
Что бы это ни стоило.
**Конец.**