Продолжение истории:

На пороге стоял мой сосед. Впервые я видела его при дневном свете, и, честно говоря, узнала с трудом. Бледный, небритый, с темными кругами под глазами, в мятой футболке и спортивных штанах — он выглядел так, будто не спал минимум сутки. Или спал, но его только что подорвали вместе с кроватью.

— Вы… — начал он хрипло, моргая от яркого света из прихожей. — Вы вообще понимаете, который час?

— Восемь двенадцать, — спокойно ответила я, демонстративно посмотрев на часы. — Утро. Прекрасное время для того, чтобы ребенок развивал свои таланты. Закон не запрещает.

Из комнаты донесся очередной душераздирающий визг скрипки. Сосед вздрогнул и машинально прижал ладони к ушам.

— Это… это пытка, — простонал он. — У меня голова раскалывается. Я только в пять лег!

— А я в два просыпаюсь, — парировала я. — И у меня голова раскалывается каждую ночь. И мой семилетний сын не высыпается. Мы квиты.

Он открыл рот, чтобы что-то возразить, но в этот момент скрипка взяла особенно пронзительную ноту, похожую на крик раненого лося. Сосед зажмурился, схватился за дверной косяк и медленно сполз по стене.

— Ладно, — выдохнул он. — Ладно! Ты победила. Я сдаюсь. Больше никакого рока ночью. Клянусь. Только прекрати этот ад.

Я сложила руки на груди.

— Я слышала это обещание раньше. Оно длилось минут десять.

— Нет, правда! — он поднял руки, как на допросе. — Я понял. Осознал. До меня дошло. Я был неправ. Я — чудовище. Я мучил женщину с ребенком. Я заслужил эту скрипку. Но пожалуйста… дай мне поспать. Хотя бы сегодня.

Я посмотрела на него. Он выглядел таким жалким, таким раздавленным, что мой гнев начал потихоньку остывать. Но я все еще колебалась.

— А что изменится завтра? — спросила я.

— Завтра я куплю наушники, — выпалил он. — Профессиональные, студийные, с шумоподавлением. Буду слушать музыку только в них. Клянусь мамой.

Из комнаты высунулся мой сын. В руках он держал скрипку и смычок, и вид у него был самый что ни на есть невинный.

— Мам, мне продолжать? — спросил он, с любопытством разглядывая съежившегося соседа.

— Пока не надо, — ответила я. — Отдохни.

Сын кивнул и ушел, оставив скрипку на диване. Сосед проводил инструмент взглядом, полным священного ужаса.

— Слушай, — сказал он уже спокойнее, поднимаясь с пола. — А давай… давай попробуем по-другому. Не воевать, а договориться.

— Я пыталась договориться. Ты послал меня лесом и включил музыку громче.

— Я был идиотом, — признал он. — Я привык жить один, ни с кем не считаться. Думал, что могу делать что хочу. Но ты меня… перевоспитала. Эффективно. Жестоко, но эффективно.

Он потер виски и поморщился.

— Слушай, а давай я куплю вашему пацану настоящие уроки музыки? — неожиданно предложил он. — У меня друг преподает в музыкальной школе. Он научит играть так, чтобы соседи не разбегались. А я… я буду слушать рок только в наушниках. Честное слово.

Я смотрела на него и не верила своим ушам. Пять минут назад этот человек проклинал мою скрипку, а теперь предлагает оплатить обучение?

— Ты серьезно?

— Абсолютно. Я просто хочу спать, — честно признался он. — И чтобы завтра в восемь утра меня не будил концерт для скрипки с оркестром кошачьих воплей.

Я вздохнула.

— Хорошо. Давай попробуем по-человечески. Но учти: если ночью снова начнется…

— Не начнется, — перебил он. — Я лучше уши ватой заткну, чем еще раз это услышу.

Он ушел, осторожно прикрыв за собой дверь, словно боялся, что любой громкий звук вернет скрипку к жизни. А я вернулась на кухню и налила себе кофе.

— Мам, а мы будем еще заниматься? — спросил сын, выходя из комнаты.

— Будем, — ответила я. — Но теперь у тебя будет настоящий учитель.

— А мне понравилось, — признался он. — Сосед так смешно кричал.

Я улыбнулась и потрепала его по голове.

Прошло три месяца.

Сосед сдержал слово: ночная музыка прекратилась. Иногда, проходя мимо его двери, я слышала приглушенные басы — он действительно купил наушники. Мы перестали враждовать, научились кивать друг другу при встрече в лифте.

А мой сын… он ходит на уроки скрипки к другу соседа. У него неплохо получается. Он уже сыграл «Собачий вальс» без единой фальшивой ноты, и сосед сверху, случайно услышав это днем, даже постучал в пол ногой — кажется, в знак одобрения.

Война закончилась. И победила в ней… скрипка.

Иногда для того, чтобы решить конфликт, не нужно звать полицию или писать жалобы. Иногда достаточно просто найти правильный инструмент. И правильное время для репетиций.

Восемь утра, например. Очень правильное время. Проверено.